Проблемы квалификации убийств с отягчающими признаками

Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (далее – УК РФ) относит убийство к числу особо тяжких преступлений против жизни, предусматривая в статье 105 общий состав убийства и квалифицированные виды, в которых наличие специальных отягчающих признаков существенно влияет на пределы и характер уголовной ответственности. Постоянное изменение редакции статьи 105 УК РФ, в том числе введение новых квалифицирующих признаков, и развивающаяся судебная практика показывают, что вопросы квалификации убийств с отягчающими признаками остаются одними из наиболее сложных в правоприменении. Проблемы возникают как при установлении объективных и субъективных элементов соответствующих квалифицирующих признаков, так и при разрешении конкуренции норм и недопустимости многократного учета одних и тех же обстоятельств в квалификации и при назначении наказания.

Нормативная характеристика убийств с отягчающими признаками

Статья 105 УК РФ определяет убийство как умышленное причинение смерти другому человеку и в части первой закрепляет так называемый «простой» состав. В части второй законодателем сформулирован перечень квалифицирующих признаков, при наличии которых убийство приобретает повышенную общественную опасность и относится к квалифицированным составам. К числу таких признаков относятся, в частности, убийство двух или более лиц, убийство малолетнего или иного заведомо беспомощного лица, убийство женщины, заведомо беременной, убийство, совершенное с особой жестокостью, общеопасным способом, группой лиц, по найму, по мотивам ненависти либо с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение. Федеральным законом от 08.08.2024 № 218-ФЗ в часть вторую статьи 105 УК РФ введен новый квалифицирующий признак – убийство, совершенное с публичной демонстрацией, в том числе в средствах массовой информации или информационно-телекоммуникационных сетях, включая сеть «Интернет», что дополнительно усложняет систему квалифицирующих обстоятельств.

Отягчающие обстоятельства как общие начала назначения наказания закреплены в статье 63 УК РФ; их перечень носит исчерпывающий характер и включает, среди прочего, совершение преступления группой лиц, по предварительному сговору или организованной группой, по мотивам ненависти, в состоянии опьянения. Часть указанных обстоятельств совпадает по содержанию с квалифицирующими признаками убийства, предусмотренными частью второй статьи 105 УК РФ. Это требует от суда строгого соблюдения запрета на двойной учет одного и того же обстоятельства одновременно как элемента состава преступления и как обстоятельства, отягчающего наказание, что прямо вытекает из принципа справедливости наказания и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.1999 № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» (далее – Постановление Пленума № 1).

Проблемы установления отдельных квалифицирующих признаков

Наиболее дискуссионным является признак убийства, совершенного с особой жестокостью, предусмотренный пунктом «д» части 2 статьи 105 УК РФ. Пункт 8 Постановления Пленума № 1 требует связывать особую жестокость как со способом убийства, так и с иными обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным крайней степени жестокости, при обязательном установлении охвата такого способа и последствий умыслом виновного. На практике именно субъективный элемент вызывает наибольшие трудности: зачастую сторона обвинения исходит из большого количества телесных повреждений или эмоциональной оценки ситуации, не подкрепляя вывод о стремлении причинить особые страдания потерпевшему совокупностью доказательств.

Показательна позиция Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, выраженная в Определении от 20.11.2024 № 53-УДП24-32-А5 по делу Фомина. Коллегия прямо указала, что сам по себе способ причинения смерти, включающий нанесение большого количества ударов, не свидетельствует о наличии умысла на убийство с особой жестокостью; любое убийство по своей сути является жестоким, а особая жестокость представляет собой крайнее проявление данного качества. Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав показания подсудимого и свидетелей, а также заключение судебно-медицинской экспертизы, пришли к выводу об отсутствии у Фомина умысла на причинение особых мучений и страданий потерпевшему, и Верховный Суд признал такой вывод обоснованным. Тем самым высшая судебная инстанция фактически пресекла попытку расширительного толкования признака «особой жестокости» только на основании множества повреждений, потребовав от судов строгого доказательства субъективной стороны квалифицирующего признака.

Иная ситуация сложилась в деле Мозайло, рассмотренном Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в Определении от 25.06.2024 № 12-УД24-4-А4. Осужденный был признан виновным в убийстве, совершенном с особой жестокостью, по пункту «д» части 2 статьи 105 УК РФ, и защита настаивала на переквалификации содеянного на часть 1 статьи 105 УК РФ, ссылаясь на отсутствие намерения причинить смерть и трактуя отдельные действия как попытку реанимации. Верховный Суд, анализируя выводы нижестоящих судов, подтвердил, что совокупность исследованных доказательств позволяет сделать вывод о наличии умысла на убийство и о квалификации содеянного как убийства, совершенного с особой жестокостью. При этом было подчеркнуто значение всестороннего исследования обстоятельств, предусмотренных статьей 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), и отсутствие нарушений, являющихся основанием для изменения приговора по правилам кассационного производства.

Существенные трудности вызывает и квалификация убийств, совершенных общеопасным способом по пункту «е» части 2 статьи 105 УК РФ. Постановление Пленума № 1 определяет общеопасный способ как такой способ умышленного причинения смерти, который заведомо для виновного создает опасность для жизни не только конкретного потерпевшего, но и хотя бы еще одного лица, приводя в качестве примера взрыв, поджог, выстрелы в местах скопления людей, отравление воды или пищи. На практике нередко возникает вопрос о разграничении убийства, совершенного общеопасным способом, и преступлений против безопасности движения, предусмотренных статьей 264 УК РФ, когда смерть наступает в результате использования транспортного средства.

В Определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2024 № 72-УД24-6-А5 по делу Дмитриева высшая инстанция подтвердила квалификацию действий осужденного как убийства, совершенного общеопасным способом по пункту «е» части 2 статьи 105 УК РФ. Суд установил, что Дмитриев, управляя автомобилем, умышленно направил транспортное средство, двигающееся на высокой скорости, в группу людей, осознавая опасность избранного способа для жизни нескольких лиц, и действовал с прямым умыслом на лишение жизни. Верховный Суд обоснованно отклонил доводы о неосторожном характере деяния, тем самым подтвердив, что при наличии доказательств прямого умысла и осознания общеопасности способа содеянное подлежит квалификации по пункту «е» части 2 статьи 105 УК РФ, а не по статье 264 УК РФ.

Конкуренция норм и совокупность преступлений при убийствах с отягчающими признаками

Проблемы квалификации убийств с отягчающими признаками тесно связаны с конкуренцией норм и вопросами совокупности преступлений. Постановление Пленума № 1 разъясняет, что в случаях, когда убийство связано с совершением других преступлений, содеянное подлежит квалификации как по статье 105 УК РФ, так и по статьям, предусматривающим ответственность за эти преступления. Так, в пункте 11 Постановления Пленума № 1 прямо указано, что убийство, сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом, квалифицируется по пункту «з» части 2 статьи 105 УК РФ в совокупности со статьями УК РФ, устанавливающими ответственность за соответствующие преступления против собственности или общественной безопасности.

Эта позиция нашла прямое отражение в Определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2024 № 49-УД24-3-А4 по делу Султанова. Суд подтвердил правильность квалификации действий осужденного по пунктам «в», «д», «з» части 2 статьи 105 УК РФ и пункту «в» части 4 статьи 162 УК РФ по совокупности преступлений, указав, что квалифицирующие признаки убийства и состав разбоя охватывают различные стороны общественной опасности содеянного, и сослался на пункт 11 Постановления Пленума № 1. Эта позиция позволяет избежать необоснованного поглощения одного из составов и обеспечивает полное отражение в квалификации как насильственного лишения жизни, так и корыстного нападения.

Отдельного внимания заслуживает конкуренция внутри самой части второй статьи 105 УК РФ. Пункт 13 Постановления Пленума № 1 закрепляет, что если убийство совершено с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение и квалифицировано по пункту «к» части 2 статьи 105 УК РФ, то оно не может одновременно квалифицироваться по иным пунктам части 2 той же статьи, предусматривающим иную цель или мотив, например из корыстных или хулиганских побуждений. На практике встречаются случаи, когда обвинение стремится одновременно вменить несколько мотивных квалифицирующих признаков, что приводит к нарушению логики законодателя и к необоснованному усложнению юридической оценки деяния. Разъяснения Пленума направлены на устранение такой практики и требуют от суда четкого установления преобладающей цели убийства и ее единожды отражения в квалификации.

Наконец, в пункте 17 Постановления Пленума № 1 закреплено, что при наличии нескольких квалифицирующих признаков они подлежат отражению в квалификации по всем соответствующим пунктам части 2 статьи 105 УК РФ, однако наказание назначается по статье 105 УК РФ в целом с учетом совокупности этих признаков, без дробного назначения наказания по каждому пункту. Это требует от суда точного разграничения ситуаций, когда конкурирующие признаки взаимоисключают друг друга (как в случае пункта «к»), и ситуаций, когда они подлежат одновременному вменению, что на практике нередко вызывает ошибки.

Роль современной судебной практики в преодолении проблем квалификации

Современная практика Верховного Суда Российской Федерации по делам об убийствах с отягчающими признаками демонстрирует последовательное стремление к уточнению содержания квалифицирующих обстоятельств и к обеспечению единообразия правоприменения. В делах Фомина, Дмитриева, Султанова Верховный Суд не ограничивается проверкой формального соответствия приговоров статье 105 УК РФ, а оценивает глубину исследования субъективной стороны, обоснованность выбора конкретного квалифицирующего признака и соблюдение разъяснений Постановления Пленума № 1.

Определение от 20.11.2024 № 53-УДП24-32-А5 по делу Фомина показывает, что Верховный Суд защищает обвиняемого от необоснованного расширения квалифицирующего признака «особая жестокость» и одновременно подтверждает значение требований статьи 401.6 УПК РФ, ограничивающей возможности ухудшения положения осужденного в кассационном порядке. Определение от 27.08.2024 № 72-УД24-6-А5 по делу Дмитриева демонстрирует, что при наличии доказательств прямого умысла и осознания общеопасного способа убийства суды обязаны квалифицировать содеянное по пункту «е» части 2 статьи 105 УК РФ, не подменяя такой умысел неосторожным нарушением правил дорожного движения. Дело Султанова, рассмотренное Определением от 18.04.2024 № 49-УД24-3-А4, иллюстрирует последовательное применение разъяснений Пленума относительно совокупности убийства, сопряженного с разбоем, и самого разбоя.

В совокупности эти решения формируют устойчивые ориентира для нижестоящих судов: необходимость доказывания субъективной стороны каждого квалифицирующего признака, недопустимость подмены квалифицированного умысла неосторожным деянием, соблюдение баланса между квалификацией по статье 105 УК РФ и иными составами, а также точное следование разъяснениям Постановления Пленума № 1.

Проблемы квалификации убийств с отягчающими признаками обусловлены сложной системой квалифицирующих обстоятельств, часто пересекающихся с общими отягчающими обстоятельствами статьи 63 УК РФ и составами иных преступлений. Наиболее остро в практике стоят вопросы установления субъективной стороны таких признаков, как особая жестокость и общеопасный способ, а также проблемы конкуренции норм и совокупности преступлений при убийствах, сопряженных с другими посягательствами. Позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированные в Постановлении Пленума № 1 и развиваемые в определениях 2024 года, позволяют очертить более четкие границы применения соответствующих пунктов части 2 статьи 105 УК РФ, способствуют устранению произвольного расширения квалифицированных составов и формированию устойчивой и предсказуемой судебной практики в сфере ответственности за убийство с отягчающими признаками.

Статья закрывает теоретические вопросы к лекции по дисциплине ТГУ Росдистант «Актуальные проблемы квалификации преступлений против личности». Для успешной сдачи модуля вам также потребуется выполнить практическую часть.

Предлагаем готовое и правильное решение — блок из 6 практических заданий, который уже доступен для скачивания в нашем магазине работ.