На какие группы целесообразно разделять преступления в сфере высоких технологий и информационной безопасности?

В российском уголовном праве категория «преступления в сфере высоких технологий и информационной безопасности» не закреплена как самостоятельный родовой объект, вследствие чего квалификация таких деяний опирается не на техническую характеристику способа, а на уголовно-правовую конструкцию конкретной нормы и на роль информационных технологий в объекте и объективной стороне. Поэтому в учебной литературе обоснованно предлагается рассматривать указанные преступления по зависимости от конструктивной составляющей уголовно-правовой нормы, поскольку именно такая группировка обеспечивает устойчивое разграничение составов при конкуренции норм и при решении вопроса о совокупности преступлений.

Первую группу целесообразно образуют преступления в сфере компьютерной информации, ответственность за которые сконцентрирована в главе 28 Уголовного кодекса Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (далее – УК РФ). Ключевым признаком этой группы является то, что охраняемая законом компьютерная информация либо компьютерные системы и сети выступают не только предметом преступного посягательства, но и обязательным элементом объективной стороны, без которого деяние в принципе не может быть совершено в юридически значимом виде. Так, часть первая статьи 272 УК РФ связывает уголовную ответственность с неправомерным доступом к охраняемой законом компьютерной информации при наличии последствий в виде уничтожения, блокирования, модификации либо копирования компьютерной информации, а примечание 1 к статье 272 УК РФ раскрывает легальное понимание компьютерной информации как сведений, представленных в форме электрических сигналов.  В действующей структуре главы 28 УК РФ, помимо статьи 272 УК РФ, содержатся, в частности, статьи 272.1, 273, 274, 274.1, 274.2 и иные специальные составы, что подчеркивает самостоятельность охраны информационной сферы как объекта уголовно-правовой защиты.

Вторая группа включает преступления, совершаемые с безусловным использованием информационных технологий, то есть такие составы, в которых использование информационных технологий предусмотрено в диспозиции как обязательный признак объективной стороны и тем самым является условием уголовной ответственности в рамках соответствующей нормы. Научный дискурс относит к указанной группе, в частности, преступления, предусмотренные статьями 137, 138, 138.1, 146, 171.2, 185.3, 282, 354.1 УК РФ.

Юридический смысл выделения этой группы состоит в том, что для квалификации требуется доказать не просто факт причинения вреда охраняемому благу, а совершение деяния именно посредством тех информационных технологий, которые законодатель включил в конструкцию состава. Показательно, что часть третья статьи 137 УК РФ прямо предусматривает ответственность за незаконное распространение информации в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях, что делает технологический канал распространения юридически значимым элементом состава.

Третья группа охватывает преступления, совершаемые с обусловленным использованием информационных технологий, когда информационные технологии выступают квалифицирующим признаком, усиливающим общественную опасность уже известного «традиционного» посягательства. Учебник иллюстрирует эту группу, в частности, пунктом «г» части третьей статьи 158 УК РФ и иными квалифицированными составами, где законодатель специально связывает повышенную ответственность с использованием технологий и сетей.

Так, пункт «г» части третьей статьи 158 УК РФ устанавливает ответственность за кражу с банковского счета либо в отношении электронных денежных средств и одновременно содержит оговорку о разграничении с мошенничеством, предусмотренным статьей 159.3 УК РФ, что демонстрирует типичную для высокотехнологичных посягательств проблему выбора между смежными составами в зависимости от механизма завладения.  В практическом плане отнесение деяния к этой группе означает, что использование технологий не образует самостоятельного «основного» состава, но влияет на квалификацию и пределы санкции, а при одновременном посягательстве на компьютерную информацию может возникать идеальная совокупность, когда, например, неправомерный доступ по статье 272 УК РФ служит способом совершения имущественного преступления и требует самостоятельной уголовно-правовой оценки при наличии всех признаков обоих составов.

Тем самым наиболее целесообразным является трехзвенное деление на преступления главы 28 УК РФ, на составы с безусловным включением информационных технологий в диспозицию и на составы, где информационные технологии выступают квалифицирующим признаком. Эта классификация сохраняет приоритет юридических критериев над техническими и непосредственно ориентирует квалификацию на установление роли информационных технологий в объекте и объективной стороне конкретного преступления.